Перейти к контенту
Новостройки Ростова-на-Дону

Чебур

Потенциальные конфликтные зоны в Центральной Азии

Рекомендуемые сообщения

Чебур

В 2014 году исполнится сто лет со дня начала первой мировой войны. Существует мнение, что официальный повод начала войны (убийство австрийского эрцгерцога Франца Фердинанда в Сараево 28 июня) являлся лишь предлогом, а основной причиной была конкуренция националистических интересов крупнейших мировых держав того времени. Балканы были избраны местом начала войны из-за своего расположения в центре Европы и наличия внутренней нестабильности, порождающей поводы для развязывания конфликтов.

 

Казахстан, Узбекистан, Туркменистан, Кыргызстан и Таджикистан, пять республик бывшего СССР, образуют центральноазиатский регион, расположенный в центре Евразии, самого большого и густонаселённого континента на земле, на котором сосредоточены основные запасы природных ресурсов. Эти страны также входят в зону «Евразийских Балкан», обозначенную Збигневом Бжезинским, американским экспертом по геополитике, и включающую в себя районы Юго-Восточной Европы, Центральной Азии (ЦА) и части Южной Азии, района Персидского залива и Ближнего Востока.

 

Бжезинский охарактеризовал эту зону как зону нестабильности, являющуюся «соблазном для вмешательства со стороны более мощных соседей». Именно на этой территории в настоящее время идёт геополитический процесс, обозначенный термином «Величайшая Игра», новый этап так называемой «Большой Игры», соперничества неоколониальных держав за первенство в регионе.

 

Значение Центральной Азии

 

Эксперты из разных стран сходятся во мнении о том, что в настоящее время происходит трансформация Центральной Азии из периферийного региона в регион, занимающий одну из ключевых позиций в геополитике евразийского пространства. Существует ряд факторов, обуславливающих возрастающее значение региона и определяющих его новую геополитическую роль:

- Расположение ЦА в центре Евразийского континента, имеет стратегическое значение с точки зрения его влияния на безопасность и стабильность значительной части материка.

- Направленность развития ситуации в каждом из государств ЦА и в регионе в целом во многом может определить перспективу баланса сил на обширном пространстве евразийского континента.

- Сосредоточение в регионе природных ресурсов мирового значения, прежде всего углеводородного сырья. Контроль за топливно-энергетическими ресурсами и путями их транспортировки дает возможность контролировать ситуацию в регионе.

- Расположение на стыке евроазиатских транспортных коридоров и наличие широкой транспортно-коммуникационной сети. Через Иран страны ЦА имеют выход к Персидскому заливу, через Афганистан и Пакистан - к Индийскому океану, через Китай - в Азиатско-Тихоокеанский регион.

 

Дестабилизирующие факторы и причины возможных конфликтов

 

По мнению политолога Владимира Парамонова, вероятность возникновения конфликтов в ЦА не является высокой, но руководству стран ЦА не стоит ослаблять своё внимание в этом направлении, хотя в целом им удаётся работать над минимизацией возможности появления конфликтов, «несмотря на какие-то личные антипатии и противоречия».

 

Эксперт считает, что конфликт может вызвать активность наркоторговцев и радикальных группировок, прикрывающихся лозунгами ислама. Одной из социально-экономических причин нестабильности является «озлобленность народных масс, которой могут воспользоваться те или иные внутренние или внешние силы».

 

В.Парамонов выделил 3 основные географические конфликтные зоны:

 

1) Главная зона – Ферганская долина «с ее большой плотностью населения, грузом нерешенных вопросов социально-экономического характера, проблемами воды и земли».

 

2) Зона межгосударственной границы, где «возможно перерастания любого обыкновенного пограничного инцидента в нечто большее».

 

3) Зона границы Афганистана со странами Центральной Азии, особенно афгано-таджикский участок. «В случае нарастания нестабильности в Афганистане нельзя исключать перерастание конфликта на территорию региона».

 

Бжезинский считает, что пять постсоветских государств ЦА находятся в настоящее время на этапе создания нации, в них сильны настроения, связанные с племенной и этнической принадлежностью, вследствие чего главной проблемой в регионе, по его мнению, являются внутренние противоречия, которые «могут использоваться более сильными и имеющими имперские амбиции соседями».

 

По мнению Бжезинского, границы государств ЦА были произвольно обозначены советскими картографами в 20-х и 30-х годах, когда официально создавались соответствующие советские республики. Границы были отмечены в основном в соответствии с этническим принципом, но они также «отражали интерес Кремля в сохранении внутренних разногласий и таким образом большей подчиненности южного региона Российской Империи». Предложение националистов ЦА объединить разные народы Центральной Азии, большая часть которых все еще не имела националистической мотивировки, в единое политическое целое (например "Туркестан") было отклонено и вместо этого были созданы пять самостоятельных "республик". Результатом такого решения З.Бжезинский называет то, что после падения СССР ни одно из пяти Центральноазиатских государств не было полностью готово к принятию независимости, а также к развитию необходимого регионального сотрудничества.

 

Отсюда следует, что страны ЦА не получили возможности сформироваться в одно геополитическое пространство и границы их очерчены, исходя не из интересов государств региона, а из интересов внерегиональной и сейчас уже несуществующей державы, доминировавшей в Центральной Азии на тот момент. Это создаёт предпосылки для территориальных споров, подобно вопросу между Россией и Украиной о Крыме.

 

Дестабилизирующим фактором можно назвать состояние существующих в странах ЦА государственных режимов. По мнению Азиза Ниязи, эксперта по Центральной Азии, все эти режимы неустойчивы и подвержены влиянию многих деструктивных факторов, «социально - экономическое планирование в государствах движется разрушительным для общества и среды его обитания индустриально-потребительским путём, а урегулирование конфликтов обычно видится в перераспределении руководящих постов в пользу той или иной этнотерриториальной группировки».

 

Его мнение сходится с мнением Винсена де Китспоттера, майора ВС Франции, который называет одной из главных характеристик нынешних центральноазиатских режимов сильные традиции авторитаризма, коррумпированности элит, а также неуважения к закону и правам человека.

 

Считается, что основная экономическая пружина конфликтов в Центральной Азии лежит в проблеме водно-энергетического баланса, в котором главные источники воды и энергоресурсов (Таджикистан и Киргизия) одновременно являются беднейшими странами региона, а главные потребители воды и ресурсов (Узбекистан и Казахстан) - его лидерами.

 

Эксперты ИА Регнум считают, что в условиях демографического кризиса (перенаселения) в Узбекистане, финансового кризиса в Казахстане, экономического, политического и энергетического кризисов в Таджикистане и Киргизии наиболее острыми становятся противоречия не общеэкономического характера, а традиционного - миграционного, террористического, социального и регионального характера.

 

В настоящее время исламские движения признаны серьезной нонконформистской силой в странах ЦА. Их социальная база обширна, представлена традиционными и полутрадиционными сельскими и городскими слоями. По мнению А. Ниязи, эта часть населения в наибольшей степени пострадала от форсированной индустриализации, с началом перестройки их жизнь «стала еще более нестабильной и тяжелой».

 

В. Де Китспоттер отмечает, что страны ЦА обладают одним из самых образованных и умеренных суннитских мусульманских населений в мире, но являются, за исключением Казахстана, одними из беднейших государств. Совокупность экономических трудностей и политических репрессий способствует созданию и развитию радикальных мусульманских движений. Этому также способствует постоянное снижение уровня грамотности и общего качества образования в Центральной Азии с 1991 года.

Выступая за исламизацию общественных отношений как альтернативу прежнему и существующему порядку, исламские движения привлекают симпатии значительной части населения. Они представляют пока единственную социально ориентированную силу, пытающуюся обозначить новый путь развития. В лице сторонников исламского порядка традиционное общество определяет границы приемлемого и неприемлемого для него в процессе модернизации. Действия официальных властей часто оцениваются экспертами как непрофессиональные и насильственные, они не ликвидируют глубинных причин кризисов и провоцируют радикализм.

 

Константин Симонов, глава Фонда энергетической безопасности (РФ) в одном из своих докладов озвучил предположение о начале в 2014-2020 годах глобальной войны за контроль над энергоресурсами. Основной её причиной К.Симонов назвал рост зависимости от импорта энергоносителей таких стран как КНР, ЕС, США, увеличивающий их энергетические риски. А целью - реализация стратегии энергетического доминирования, контроля над основными центрами добычи нефти и газа, распределения их между потребителями и навязывания им тем самым своей воли.

 

Внутренние конфликты

 

Из пяти центральноазиатских республик бывшего СССР роль Казахстана и Узбекистана признана самой важной. З. Бжезинский считает, что Казахстан является в регионе «щитом», а Узбекистан – «душой пробуждающихся разнообразных национальных чувств».

 

Благодаря своим географическим масштабам и местоположению Казахстан защищает другие страны от прямого физического давления со стороны России, поскольку только он граничит с ней. Однако Казахстан может столкнуться с опасностью территориального отделения, если будут наблюдаться серьезные ухудшения в отношениях с РФ, поскольку русские составляют около 35% населения Казахстана (данные энциклопедии «Кругосвет») и в значительной степени доминируют в северо-западных и северо-восточных регионах страны.

 

Потенциальные территориальные споры между Казахстаном и Узбекистаном могут возникнуть из-за казахстанских городов Туркестан и Сайрам, узбекское население которых, по данным ИА Регнум, составляет 70-80%.

 

Узбекистан считается главным кандидатом на роль регионального лидера в Центральной Азии, поскольку обладает самым многочисленным населением (около 25 млн. человек), в котором узбеки составляют около 80% (данные энциклопедии «Кругосвет»). З.Бжезинский считает, что политическая элита Узбекистана умышленно называет государство прямым потомком средневековой империи Тамерлана, это «укрепляет в современном Узбекистане глубокое чувство своей исторической преемственности и религиозной миссии по сравнению с его соседями». Большая национальная однородность Узбекистана и активное проявление национального самосознания вызывают в Туркменистане, Кыргызстане и Казахстане опасение того, что лидерство Узбекистана в регионе может перерасти в господство. Это препятствует развитию регионального сотрудничества между государствами и увеличивает уязвимость региона.

 

По мнению экспертов ИА Регнум, растущая доля узбекского населения на юге Казахстана, юго-западе Киргизии, севере Таджикистана, превратилась из проблемы этнического меньшинства в проблему преобладающего регионального этноса, не представленного в региональных и центральных органах власти.

 

Внутренняя обстановка в Узбекистане также отчасти характеризуется напряженными этническими отношениями. Часть южного Узбекистана, в особенности вокруг Самарканда и Бухары, густо заселена таджиками, которые продолжают возмущаться границами, определенными в 20-е годы. Ситуация осложняется и присутствием узбеков в западном Таджикистане.

 

В рейтинге конфликтности в странах СНГ и Балтии, опубликованном сетью этнологического мониторинга и раннего предупреждения конфликтов (EAWARN), Кыргызстан находится на третьем месте по уровню конфликтности после Армении и Южной Осетии.

 

ИА Регнум прогнозирует капитуляцию Кыргызстана как суверенного государства в проекте Центральноазиатского союза (ЦАС) перед политической и экономической экспансией Казахстана, который, несмотря на экономические трудности, «прямо претендует на фактический аншлюс Кыргызстана, приближает территориальный раскол страны на две части: Юг, в котором этнически, политически и экономически будет доминировать Узбекистан, и Север, который станет протекторатом Казахстана».

 

Эксперты ИА Регнум оценивают стратегию Таджикистана как «близкую к капитуляции» и не гарантирующую его от острого столкновения с Узбекистаном и растущей опасности проникновения Афганистана в его внутренние процессы, что делает более чем реальным раздел страны между внешними игроками и длительный период военной нестабильности.

 

Как и все страны ЦА, Таджикистан не однороден в этническом отношении. Из 6,5-миллионного населения Таджикистана менее 80% являются таджиками и более 15% - узбеками (данные энциклопедии «Кругосвет»). Отношения между таджиками и узбеками оцениваются как неприязненные, а сама доминирующая этническая община разобщена по племенной принадлежности, возникали даже насильственные действия. Этническая ситуация еще больше осложняется из-за многочисленного присутствия таджиков в районах за границей страны, в северо-восточном Афганистане, там проживает столько же этнических таджиков, сколько и в Таджикистане. Это еще один фактор, способствующий ослаблению региональной стабильности.

 

Любые систематические меры по легализации и сокращению трудовой миграции в России и Казахстане предположительно будут иметь своим следствием социальное банкротство государств Таджикистана и Кыргызстана и дальнейшую суверенизацию их регионов.

Активность внешних игроков

 

Среди всех внерегиональных сил, действующих в ЦА, особенно выделяются РФ, КНР и США.

 

В. Парамонов считает, что в ЦА «сильно влияние внешних сил – внерегиональных игроков и поэтому они могут быть вольными или невольными участниками любых конфликтов в ЦА. А такие страны как Россия и Китай, скорее всего, будут принимать и самое активное участие в их урегулировании, в том числе в рамках двусторонних отношений с теми или иными странами ЦА и в многостороннем формате – в рамках существующих институтов как ОДКБ, ШОС, ЕврАзЭС, СНГ».

 

По мнению эксперта, наибольшую, жизненную заинтересованность в стабильном развитии региона проявляют Россия и Китай, так как эта стабильность означает стабильность приграничных с ЦА районов данных стран. Угрозу представляет не собственно политика обозначенных держав, а столкновение их интересов. Например, наиболее высока вероятность столкновения интересов этих стран в Кыргызстане, в частности по вопросу пребывания американской военной базы.

 

В.Парамонов отмечает, что угрозу также представляет то, «что в политике всех названных держав крайне много просчетов и ошибок, это также может привести к конфликтам. Для России – это недооценка и непонимание идеи форсирования экономической интеграции на постсоветском пространстве, в первую очередь с ЦА. Для Китая – это временами преобладание повышенного желания получить краткосрочную экономическую/коммерческую выгоду от развития отношений с ЦА, что может идти вразрез с долгосрочной стабильностью региона. Для США – это провалы в стратегии по стабилизации ситуации в Афганистане, на фоне неумения/нежелания сотрудничать по афганскому направлению с другими внешними силами, а также рецидивы проведения Вашингтоном политики двойных стандартов и навязывания политических реформ, которые противоречат идеи стабильного развития тех или иных стран ЦА».

 

Аналитики ИА Регнум считают, что следует ожидать особой экспансии Китая. В перспективе конфликта, например, в Ферганской долине это приведёт к его растущему вмешательству в собственно военную систему безопасности.

 

По мнению А. Ниязи, основной источник угрозы для государств ЦА состоит в том, что они втягиваются в русло

возможной конфронтации США с другими региональными державами (Россией, КНР, Ираном). В случае нанесения США удара по Ирану силами, базирующимися в Кыргызстане, может последовать ответный удар Ирана. Последствия американо-иранской войны способны дезорганизовать всю коллективную систему безопасности в регионе и изменить геополитическую карту мира.

 

В целом же, частью всех этих проблем является слабость существующих региональных институтов в плане предотвращения возможных конфликтов.

 

Из вышеперечисленного следует, что конфликтный потенциал Центральной Азии высок. Основными причинами потенциальных конфликтов можно назвать:

 

1) вопрос о распределении водных ресурсов;

2) наличие в регионе спорных территорий;

3) большую полиэтничность таких стран как Казахстан, Кыргызстан и Таджикистан не исключающую возможность обострения сепаратизма;

4) усиление влияния радикальных Исламских движений;

5) наличие в регионе лидеров в экономическом и социальном развитии, создающее предпосылки культурной и экономической экспансии ими более слабых соседей;

6) возможное возникновение конфликта интересов мировых держав в Центральной Азии или втягивание ими стран региона во внешний конфликт.

 

Глобальный экономический кризис обострил все имеющиеся противоречия и проблемы как внутри

Центральной Азии, так и в мире. Как следствие – повысилась активность участников «Величайшей игры». Уклониться от участия в ней нельзя, однако участники могут менять свою позицию. Чем яснее у игроков осознание своих целей и возможностей, тем больше вероятность получения ими максимальной прибыли или, в крайнем случае, снижения рисков. Чётких и долгосрочных прогнозов нет, но ясно, что в ближайшее время произойдёт самоопределение стран ЦА и станет понятно, кто они: игроки, фигуры или клетчатое игровое поле.

 

Примечания:

 

(1) Китспоттер Винсен де (de Kytspotter, Vincen), майор вооруженных сил Франции, «Большая игра в Центральной Азии»

 

(2) Азиз Ниязи - директор Института проблем развития Центральной Азии, старший научный сотрудник отдела сравнительно-теоретических исследований Института востоковедения РАН,

А)«Конфликты в Центральной Азии и на Кавказе: новый взгляд»

Б) «Богатое приданое Центральной Азии»

 

(3) ИА Regnum, «Перспективы войны в Закавказье и Средней Азии»

 

(4) Дж. Дэвис, М.Свиней, Институт анализа внешней политики, «Центральная Азия в стратегии и оперативном планировании США»

 

(5) Парамонов Владимир Владимирович, кандидат политических наук, Ташкент, Узбекистан. Специально для Tazar.kg.

(6) Збигнев Казимеж Бжезинский, политолог, социолог, государственный деятель США: «Великая шахматная доска (Господство Америки и его геостратегические императивы)»

(7) Сеть этнологического мониторинга и раннего предупреждения конфликтов (EAWARN): Бюллетень №80

 

(8) Википедия – свободная энциклопедия.

 

(9) Энциклопедия «Кругосвет», www.krugosvet.ru

 

14.01.2009, Интернет-издание Tazar

Поделиться этим сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах

Рекомендуем!


Чебур
Старые С-300 вернутся в стройРоссия поставит Казахстану капитально отремонтированные комплексы ПВО, до сих пор находившиеся в резерве

 

Казахская сторона в среду официально сообщила о подписании контракта с Россией на поставку зенитно-ракетных комплексов дальнего радиуса действия С-300. Подробности сделки пока не сообщаются, но, по оценкам экспертов, она может стать крупнейшей в области ПВО в истории. В любом случае соглашение выгодно обеим сторонам: Казахстан сможет укрепить интеграцию в ОДКБ, а Россия с его помощью обезопасит собственные южные границы.

 

Министр обороны Республики Казахстан (РК) Даниал Ахметов в среду официально подтвердил появившиеся в середине февраля данные о контракте с Россией: РК получит десять дивизионов С-300, комплексы поступят из резерва после капитального ремонта.

 

По оценке Ахметова, это позволит республике «существенным образом укрепить интеграцию в ОДКБ и защитить воздушное пространство страны», – цитирует его РИА «Новости».

 

Прочие параметры контракта, в том числе его стоимость, число пусковых установок и ракет, не раскрываются, однако известно, что с 2003 года Россия поставляет РК военную технику (и производит ремонт казахской техники на своих предприятиях) по льготным ценам, близким к внутренним. РФ по-прежнему остается для Астаны основным источником военной техники и вооружений.

 

Казахстан уже располагает двумя дивизионами таких зенитно-ракетных комплексов (ЗРК) поставки 1999–2001 годов, которые прикрывают крупнейшие административные центры страны – Алма-Ату и Астану. Напомним, что поставка осуществлялась в счет погашения долга России за аренду полигонов и компенсации за вывезенную в начале 1990-х годов военную технику.

 

На количественном аспекте новой сделки следует остановиться подробнее. Дело в том, что в зависимости от модификации ракет дивизион ЗРК С-300 составляют от восьми до 12 пусковых установок (2–3 огневых батареи). Таким образом, речь может идти о 800–1200 установках с сопутствующим оборудованием. Неизвестно также, какой боекомплект зенитных ракет будет поставлен с каждой пусковой. Если расчеты верны, то речь идет об одной из крупнейших сделок в области ПВО в истории.

 

Неясен пока и вопрос, будет ли Казахстан вместе с комплексами закупать радиолокаторы подсветки и наведения (РПН) 30Н6, способные отслеживать до 24 целей и одновременно наводить на них четыре ракеты. Насколько известно, все прежние экспортные сделки по С-300 поставки радаров не включали или включали «урезанную» экспортную версию 30Н6Е с возможностью наведения двух ракет. Впрочем, это обстоятельство имеет отношение, скорее, не к боеспособности казахской ПВО, а к цене сделки: ракеты комплексов С-300 имеют высокую степень интеграции систем наведения и могут получать целеуказание практически от любых стандартных систем управления ПВО, включая Байкал-1Е и Сенеж-М1Е, которыми Казахстан располагает.

 

По некоторым оценкам, на сегодня в резерве, на базах хранения, находятся до 50 дивизионов ЗРК С-300 разных модификаций. Следует отметить высокий уровень доверия к партнеру, который в результате получает 1/5 часть столь важного стратегического резерва. Памятуя о недавнем скандале на Украине, связанном с передачей Грузии нескольких дивизионов ЗРК «Бук», изъятых из войск, вопрос «как скажется продажа столь большого количества ракет на обороноспособности нашей страны?» напрашивается сам собой.

 

Ответ на него очевиден и однозначен: «только положительно». Действительно, ракеты на базах хранения – совсем не то, что развернутые комплексы, стоящие на боевом дежурстве, пусть и в союзной стране. Сложно представить себе ситуацию, когда казахская ПВО безнаказанно пропустит через контролируемое воздушное пространство нарушителя, направляющегося в сторону России. Таким образом, развертывание ракет в Казахстане объективно способствует усилению безопасности наших южных границ.

 

Другой важный момент: союзникам проданы не новейшие С-300ПМУ-1/2 «Фаворит» с ракетами 9М96Е дальностью действия по аэродинамической/баллистической цели 200/150 км, которыми вооружена сейчас российская ПВО, а более старые ЗРК семейства С-300П. Дело тут вовсе не в том, что Россия избавляется от «старья», сплавляя его стратегически важному союзнику. Комплексы С-300ПМУ все еще находятся в производстве (в прошлом году изготовлено восемь штук для КНР), и, изъяви Астана желание их приобрести, проблем бы не возникло. Однако возможности этих комплексов избыточны для РК – ни один потенциальный противник Казахстана не обладает средствами воздушного нападения, с которыми не могли бы справиться «устаревшие» С-300П. Тем более что начальник главного управления эксплуатации вооружения и военной техники министерства обороны РК Аманжол Оспанов в феврале заявил, что вопрос о закупке как минимум двух дивизионов новейших С-400 «Триумф» в настоящее время находится в стадии обсуждения. Вероятно, эти дивизионы предназначены для замены поставленных в счет задолженности комплексов, стоящих сейчас на охране обеих казахских столиц.

 

Следует отметить, что продажа РК значительного количества ЗРК (переговоры об этом, кстати, тянулись около десятилетия) выглядит логическим продолжением мер по усилению и интеграции средств ПВО стран – участниц СНГ и ОДКБ, которым в нашей стране придается особое значение.

 

По словам главнокомандующего ВВС РФ генерала-полковника Александра Зеленина, интегрирование национальных систем ПВО в регионах коллективной безопасности сегодня становится требованием времени.

 

«Такое интегрирование целесообразно осуществлять путем создания региональных систем ПВО в Восточно-Европейском, Кавказском и Центрально-Азиатском регионах коллективной безопасности», – сказал Зеленин в одном из недавних выступлений.

 

Он отметил, что уже подписано соглашение о создании единой региональной системы ПВО России и Белоруссии, в стадии разработки находятся соглашения с другими странами СНГ. В дальнейшем необходимо переходить к практической реализации создания региональных командных пунктов и реализации схемы управления и связи в соответствующих регионах.

 

«Очень интересный опыт строительства ПВО накоплен в Казахстане, который в настоящее время приступает к ее комплексной модернизации. Это явится одним из важнейших факторов стратегической стабильности в Центральной Азии», – заявил главком ВВС РФ.

Поделиться этим сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах
Чебур
Кадыр Маликов: Существует высокая опасность проникновения в Кыргызстан групп экстремистов из Афганистана и Пакистана, в чем могут быть задействованы внешние силы

 

«Существует высокая опасность проникновения в Кыргызстан групп экстремистов из Афганистана и Пакистана, в чем могут быть задействованы внешние силы», - заявил сегодня на пресс-конференции в ИА «24.kg» глава Независимого аналитического исследовательского центра «Религия, право, политика», доктор политических наук и исламских исследований Кадыр Маликов.

 

По его словам, религиозная ситуация в Кыргызстане стабильна. Но масштабные войсковые операции в Пакистане и Афганистане вынуждают экстремистов искать альтернативные места для активной деятельности вне этих стран. Кадыр Маликов опасается, что группы, выдавленные из этих стран, найдут прибежище в Ферганской долине, где радикалов могут поддержать бедные слои населения. Тому, на его взгляд, будут способствовать трудная социально-экономическая ситуация в регионе и, в частности, на юге Кыргызстана, безграмотность, безработица.

 

«Кыргызстан теряет статус тихой гавани», - сетует эксперт. Он не исключает, что внешние силы пытаются включить КР в так называемый «пояс нестабильности». А чтобы этого не случилось, Кадыр Маликов рекомендует госструктурам обратиться за поддержкой к мусульманской общине страны. «Противостоять религиозному экстремизму без поддержки ислама нельзя», - подчеркивает глава НАИЦ.

 

«К сожалению, в общении между государством и мусульманской общиной существуют трудности, - отмечает Кадыр Маликов. – Основная проблема - в правильном применении законов и других нормативно-правовых актов. Среднее и низшее звенья чиновников в Кыргызстане иногда являются тормозом реформ в религиозной сфере. Необходимо работать с ними на местах».

 

Эксперт убежден, что мусульманская община готова поддержать усилия государства в борьбе против религиозного экстремизма. Но государство, в свою очередь, должно отказаться от репрессивных мер, чтобы не способствовать радикализации верующих.

 

«Государство должно использовать все способы борьбы с экстремизмом, которые могут включать в себя идейное противостояние на основе привлечения умеренных сил ислама, официального духовенства, религиозных лидеров, а также гражданского общества», - подчеркивает Кадыр Маликов.

Поделиться этим сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах
Гость Kniaz

еще одну причину можно приплюсовать к вышеуказанным - огромная рождаемость. много молодых мужчин, малообразованных, голодных и некультурных.

Поделиться этим сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах
белорус

Курманбек Бакиев отрицает свою причастность к беспорядкам на юге Кыргызстана и призывает приложить все усилия для прекращения кровопролития.

 

"Сегодня Кыргызская Республика находится на грани потери государственности. Гибнут люди и никто из представителей нынешней власти не в состоянии их защитить. Вместо того, чтобы своевременно мобилизовать все необходимые ресурсы для локализации конфликта, представители временного правительства раздают интервью и проводят пресс-конференции с целью в очередной раз оболгать меня и моих родных, обвиняя в причастности к беспорядкам на юге. Ответственно заявляю, что это бессовестная ложь! Бог им судья! Уверен, история все расставит по своим местам и правда все равно восторжествует", - говорится в заявлении К.Бакиева, полученном в воскресенье 13 июня агентством "Интерфакс-Запад".(МИНСК)

 

"Но сегодня не время кидать друг в друга камни. Льется кровь и надо приложить все усилия, чтобы прекратить кровопролитие", - отмечается в заявлении.

 

К.Бакиев призвал соотечественников, земляков "не поддаваться на провокации и призывы безответственных политиков". Кыргызский народ велик своей мудростью, толерантностью и терпимостью! Мы всегда умели находить общий язык со всеми этносами, живущими на нашей земле. Сегодня Кыргызстан может спасти только воля народа! Одумайтесь! Наши дети и внуки не должны потерять свою родину. Другой страны у кыргызов не будет", - подчеркнул К.Бакиев.

 

В своем заявлении он выразил глубокие соболезнования всем семьям, близким и родным погибших и пострадавших во время трагических событий на юге Кыргызстана.

 

 

http://interfax.by/news/world/74267

Поделиться этим сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах