Перейти к контенту
Новостройки Ростова-на-Дону

ForumRostov

ПРИКОЛЬНЫЕ ИСТОРИИ

Рекомендуемые сообщения

Себастьян Козюлькин
ВСТРЕЧА ВЫПУСКНИКОВ

 

Приятельница моя, светлейшая женщина сорока пяти годов, поддалась на уговоры однокурсников и поехала на встречу выпускников. Не заморачиваясь дорогими рэсторациями, народ решил оттянуться на вечеринке "Дискотека 90-х". Потрясти там животами и оставшимися волосами. При одном условии - все будут в нарядах той незабвенной эпохи. Лосины, бананы, кофты "мальвина".

 

Светлана Игоревна - финансовый аналитик, ко всему подходит обстоятельно, дискотека тоже не повод делать всё как попало, поэтому расстаралась на славу. Фигура (спасибо матери с отцом) до сих пор не отторгает ни лосин, ни люрексовых кофточек и не входит с ними в конфликт. Стройная, как бездомная собака (завидую молча, да). По погоде к этому шику и блеску Игоревна присовокупила белую курточку и снегурочкины полусапожки. На голову водрузила роскошный капроновый "лошадиный хвост", лицо украсила хищными стрелами на веках "в уши", блесточки на щёчечки натрусила и быстро шмыгнула в такси, чтобы соседи с перепугу милицию не вызвали. На встречу с юностью.

 

И понеслось ... И ночь седая, и вечер розовый, и толерантная не по времени "я люблю вас девочки, я люблю вас мальчики" и, конечно же "на белом-белом покрывале января".

 

Народ в экстазе мордуется под зеркальным шаром, лосины трещат, люрекс парусами , всем хорошо и даже больше. (В сумочках у взрослых дядь и тёть, в угоду реконструкции эпохи, бутылочки с крепкими спиртными напитками. Туалет - бар, всё как на школьной дискотеке).

 

И тут настаёт момент, когда деревья вновь становятся большими, машина времени под названием "Джэк Дэниэлс" включает маховики на все обороты, сопло Лаваля дымится, якоря летят в туман. Всё. На дворе родненький 91-й годок. Все юны, безбашенны , и уже готовы стать участниками всевозможных гормонально-криминальных сводок.

 

Кто-то решает уехать ночным в Питер и уезжает туда в плацкарте у туалета, кто-то понимает, что если вот прям щас он не попарится в бане, то тут ему и смерть - мчит в баню, а у кого-то , понятное дело, начинает чесаться дикое сердце, которому два часа назад нужен был покой, а тут резко поменялась парадигма бытия, и покоя резко расхотелось, а захотелось любви и счастия, пусть даже и ненадолго.

 

Светлана моя не успела примкнуть ни к ленинградцам, ни к банщикам, ни к Ларисам Огудаловым. Судьба сама её нашла и указала нужное направление. Перстом. (У судьбы есть перст, кто не знает вдруг).

 

Перст оказался мужским, и на нём было кольцо из белого металла с чёрным плоским камнем. Мущщина красиво танцевал поодаль и плавно водил руками в пространстве, как сен-сансовская лебедь. И перстом своим окольцованным зацепил Светланы Игоревны капроновый хвост, которым она не менее красиво трясла поодаль. И когда колечко с чёрным камнем лирически настроенного мужчины повстречалось с чёрным волосяным капроном неопределившейся в желаниях женщины, произошло то, что и должно было произойти...

 

Перстень, с чуть отошедшим зажимом типа "корнеровый каст" зацепился за приличный пук вороных волос, (а дело было в энергичном танце, напомню) и, чудом оставшаяся в пазах шейных позвонков глава Светланы Игоревны осталась без роскошного украшения. Хвост был вырван, натурально "с мясом", и лишь покорёженные шпильки, торчащие из-под кустика , стянутого для надёжности аптечной резинкой, живых волос, торчали из её так внезапно осиротевшей головы.

 

Танцор Диско, у которого вдруг на пальце выросли вороные волосы, приобретению порадовался не сразу, в вихре лихого танца не до этого. А, заметив, начал, как попавший под тыщу вольт электрик, ломаться телом и рукой, в надежде избавиться от страшной чёрной твари, возжелавшей покуситься на его ювелирное украшение и перст, украшенный им. Светлана Игоревна тоже со своей стороны предприняла некие действия, а как-то - упала от неожиданности и силы инерции на пол, и совершив там несколько, казавшихся со стороны танцевальными, телодвижений (брэйк-дансом мало кого удивишь на таком мероприятии. Человек не падает - он танцует) подскочила к сен-сансовскому лебедю и начала отрывать свою сиротку-причёску от длани неловкого плясуна.

 

Напряжение нарастало и под звуки душевырывающей композиции "Улица роз" хеви-металл-группы "Ария" Игоревна поднатужилась и рванула свою волосню со всем усердием. Ну конечно же она победила. Причёска, из "конского хвоста", правда за время битвы прошедшая несколько этапов преображения, вернулась к своей хозяйке в виде набивки для матрасов, но кого это волновало в тот момент... Добро нажитое вернулось к хозяюшке - финансовому аналитику.

 

Мущщина же, наоборот, получил более внушительный ущерб. "Корнеровый каст" растопырил свои зацепки и прекрасный чёрный-пречёрный камень покинул гнездышко и осиротил колечко. Упал чёрный камушек на пол антрацитовый и сгинул, как и не было его. Мущщина огорчился. Посмотрел на палец с бескаменным колечком, потом на Игоревну, и встал на колени, аккурат в кульминационном крике солиста Арии : "Я люблю и ненавижу тебяяя, воуовоуо!", как раз перед басовым соло, где душа рвётся на тысячу бездомных котиков. Игоревна, не так давно вышедшая из сложной фигуры нижнего брэйка, сообразила, что на колени мущщина опустился вынужденно, как и она в своё время, подчинившись законам физики. А она хоть и финансовый аналитик, но всё ж баб..(исправлено) женщина с душой и понятливая. Сообразила, что мущщина что-то ищет, и поползла к нему навстречу, не жалея лосин.

 

- Вам помочь?!, - проорала Игоревна, перекрывая басовое соло.

 

- Помогла уже, спасибо!, - рявкнул в ответ мущщина.

 

- Не ори на меня, растопырил пальцы на весь танцпол, чуть голову мне не оторвал!, - возопила обиженная тоном случайного собеседника Игоревна.

 

- Волосы и зубы надо иметь свои в этом возрасте, - огрызнулся дядька, - размахалась тут своим помелом!

 

Игоревна поняла, что помощь чуваку не требуется и, встав с колен, отправилась в клозет поправлять непоправимое.

 

Выбравшись из-под магии зеркального шара, Игоревна продефилировала в дамскую комнату, воинственно размахивая потрёпанным хвостом из эко-капрона. Перст судьбы и тут не оставил женщину в покое и уверенно затолкнул её в мужской туалет, где по странному стечению обстоятельств никого не было. Настенные писсуары ничуть не смутили Игоревну, решившую, что это биде. Она в три минуты расчесала свой истерзанный хвост, распрямила шпильки и опять превратилась в королеву-вамп. Тут же вызвала такси, пора и честь знать, наплясалась до крови и, как водится, "на дорожку" зашла в одну из кабинок.

 

- ...Саня, да я не знаю, что делать! Чёрт меня дёрнул надеть это кольцо, Серый, брат, приехал на один день, бросил его на столике... Да не гогочи ты, оно у нас "счастливым" считается, от деда по старшинству переходит... Сам ты придурок, хорош ржать, помоги ювелира найти. Саня утром улетает!

 

Игоревна, затаившись в кабине, выслушала весь диалог до конца, секунду подумала, расправила морщины на лосинах и громко вышла из кабинки.

 

- Я вам помогу, поехали, есть у меня хороший ювелир!

 

Мужик-страдалец уже успел пристроиться у настенного писсуара и категорически не обрадовался благой вести, которую принесла ему из кабинки Игоревна.

 

- Женщина! Вы хоть отвернитесь что-ли, - простонал мужик, уже не могущий остановить процесс.

 

- Ах, да, извините! А что вы делаете в женском туалете?!, - поддержала светскую беседу Игоревна, повернувшись спиной к пострадавшему.

 

Мужик сумрачно посмотрел в грязную после кульбитов нижнего брейка спину сумасшедшей бабёнки и вежливо молвил.

 

- Ты иди на дверь с обратной стороны глянь, и там меня подожди.

 

- Гм... Перепутала... Это от нервов, извините...

 

Следующие полчаса Светка разыскивала своего приятеля-ювелира, мужик тосковал поблизости. Выбор у него был небольшой, среди ночи найти не спящего мастера по ремонту колечек сложно.

 

Светкин школьный дружбан, бриллиантовых дел мастер, не спал и готов был помочь с починкой, но оказалось, что ехать нужно за город. Далеко. Сто километров в сторону Калуги.

 

- Едем?!

 

- Едем... Выбора нет. Не знаю, то ли благодарить вас, то ли злиться... Нам же ещё нужно к утреннему рейсу успеть потом в Шереметьево...

 

Светлана в очередной раз возблагодарила Господа, что она не замужем. Одна морока, эти вечно сомневающиеся мужики.

 

Таксист, немало удивлённый радикально изменившемуся маршруту, всё же согласился отвезти пару неудачников, которые предложили просто сказочный гонорар за сложный маршрут от клуба до Калуги, а потом до Шереметьево.

 

- Алексей, - на пятидесятом километре представился уже немного остывший мужчина.

 

- Светлана... Игоревна...

 

- Да уж, после того, что между нами случилось, какая ты уже Игоревна... Света ты, - и Алексей впервые улыбнулся. Хорошо улыбнулся.

 

И вот тут вот всё. На пятидесятом километре Калужского шоссе Игоревна почувствовала себя очень неуютно. В грязной белой куртке, капроновом хвосте и сверкающих лосинах.

 

Алексея нельзя было назвать красавцем, но улыбка... Улыбка была потрясающая, и голос. От такого голоса хвосты с голов сами улетают, без механического воздействия.

 

Оставшиеся пятьдесят километров он рассказывал Игоревне историю кольца, которое было сделано для его прадеда питерским ювелиром ещё до революции, из редкого металла, с редким же камнем, абсолютно плоским, не подверженным ни царапинам, ни ударам. И передавали это кольцо старшему в роду. Кольцо носит его старший брат, ненадолго приехавший в Москву по делам и случайно, впопыхах, оставивший его столе. Дарить-терять-продавать кольцо по семейной легенде никак нельзя. Беда будет.

 

- Я его примерил просто, не собирался в нём идти в клуб, да и в клуб не собирался, коллеги настояли, поддержать корпоративный дух. Поддержал...

 

В глубокой ночи, где-то под Калугой, огромный, как медведь, ювелир вертел в громадных своих пальцах тяжело раненую семейную реликвию Алексея. Тяжело вздыхал, жевал губами, набирал воздуха, чтобы что-то сказать, не говорил, шумно выдыхал.

 

- Светка, идите вы в баню. Да не зыркай ты так, у меня баня с вечера истоплена, горячая ещё. Пока я кумекать буду что и как - попаритесь. Алексей, подкинь там, для жару. Ямщика своего тоже зовите, пусть человек с дороги отогреется. А, да, Лёх, там в предбаннике в холодильнике медовуха. Хороша. После бани - лучше и не надо.

 

Баня, размером с хороший пятистенок проглотила троих странников. Мужчины подбросили дров, Игоревна , пока баня "доходила", порастрясла хозяйские запасы и в большом предбаннике, у камина, накрыла стол.

 

Напарившись, разлили по большим пивным кружкам медовухи. Хорошо пошла. Пенная, холодная, сладкая, чуть с горчинкой (из гречишного мёда делали).

 

- Готово!, - в предбанник вошёл ювелир, - принимай работу!

 

- Спасибо! Спасибо, вы меня от верной смерти спасли!, - Алексей потянулся за кошельком.

 

- Отставить!, - рявкнул золотых дел мастер, - Ей спасибо говори, не взялся бы для кого другого. Собирайтесь, а то Шереметьево вас не примет. Свет, сумку захвати, я там собрал кой-чего в дорогу вам. Чтоб веселее ехать было.

 

Быстро собрались, прыгнули в машину и понеслись. Телефон Алексея разрывался от звонков брата, костерившего его на все лады.

 

- Да брось ты оправдываться уже, успеем мы к самолёту, - оборачивается таксист.

 

Игоревна выуживает из сумки, собранной заботливым ювелиром, запотевшую бутылку медовухи и бутылку "вишнёвки". Бутерброды с мясом и салом. Игоревна, не найдя в сумке стакана, пьёт из горлышка "за знакомство, за встречу", закусывает. И в одно мгновение всё исчезает. Темно.

 

------------

 

Игоревна летит и летит по какому-то страшному чёрному тоннелю, пытается кричать, но пересохший рот не открывается и даже сип не срывается с её обескровленных губ. Она пытается пошевелиться, но тщетно. Отдельно от тела она чувствует одну из своих рук, но определить - правая или левая, не может. Ладонь неопознанной руки обретает чувствительность и Игоревна ощущает тепло, потихоньку начинает шевелить бесчувственными ещё, словно отмороженными пальцами, пальцы путаются в чём-то упруго-лохматом. Возвращается обоняние и в нос просачивается противный запах чего-то жарко-нутряного, знакомого, но неопределимого.

 

- Так, - мозг Игоревны начинает функционировать вслед за конечностью, - Танцы, кольцо, ювелир, баня, дорога в аэропорт... Ааааааа, Божечка, миленький, за что? Авария!!! Мы попали в аварию!!! Господи, где я?! Я в реанимации или я умерла?! Судя по вони и шерсти под рукой - я уже в аду... Господи, прости меня, Господи, я не хочу в ад, я домой хочу!!! Аааааыыыыууу...

 

И тут безмолвный крик переходит в настоящий, мирской сиплый вой. Игоревна распахивает глаза и начинает орать уже хорошим мужицким басом. В глаза ей смотрит чёрт. Настоящий бородатый чёрт.

 

- Ооооу, сгинь, нечистая морда, я была хорошей девочкой!

 

Тут до Игоревны доходит, что глаза-то уже вовсю смотрят, а руки с ногами вовсю шевелятся.

 

Нечистым, ожидающим Игоревну у дверей ада, оказался её любимый эрдель Мирон, которого сутки никто не выгуливал и который был готов прикинуться хоть кем, лишь бы его вывели на двор. Преддверием преисподней - прихожая в квартире Игоревны, где на "икеевском" коврике "Добро пожаловать" она мирно почивала, пока пес не разбудил её.

 

Постанывая и подвывая, Игоревна встала на четвереньки и неловкими скачками двинулась в сторону кухни. Рот изнутри превратился в муфельную печь, которую забыли отключить.

 

Проползая мимо огромного, в полный рост зеркала в прихожей, Игоревна намеренно отвернулась, чтобы не умереть со страху уже по настоящему. Беда настигла её, когда она ценой невероятных усилий пыталась подтянуться на столешнице, для того, чтобы принять вертикальное положение. Выведя подбородок в положение "на планку" Светлана нос к носу столкнулась со своим искажённым отражением в зеркальном металлическом чайнике. Крикнув чайкой, Игоревна ушла под стол. 

В углу, не узнающий свою добропорядочную хозяйку, присев и трясясь от ужаса, интеллигентная собака Мирон изливала из себя суточную лужу на ламинат цвета "морозная свежесть". На столешнице, подтянувшись с десятой попытки, Игоревна обнаружила записку. "Света, спасибо за ВСЁ ". "Всё" было подчеркнуто двумя размашистыми линиями, оставляло для одинокой женщины большой простор для раздумий.

 

Трое суток отходила Игоревна от внутреннего позора, а потом всё подзабылось и уладилось. Иногда она вспоминала обаятельного и улыбчивого Алексея, но это было всё так, несерьёзно и немного стыдно.

 

---------------

 

Через пол года Игоревну повысили и перевели в главное управление анализировать финансы уже на более высоком уровне. На приём к генеральному директору планово вызвали ещё нескольких ведущих специалистов, с которыми Игоревна в приёмной ожидала аудиенции. Директор, как это и водится у начальствующих - задерживался. Через полчаса ожиданий она вышла "на минутку попудрить щёчки". Место для припудривания находилось в конце коридора, куда Игоревна и рванула, чтобы не пропустить приезд генерального. Быстро заскочила в открытую дверь, закрылась изнутри.

 

- Женщина, это мужской туалет! Женский напротив!

 

У навесного писсуара стоял Алексей...

 

- Игоревна!!! Ты?!! Ааааа!!!! Стой! Стой я сказал!!! Не уходи!!!

 

Игоревна, вырвав ручку "с мясом", одним прыжком перескочила в "дамский зал", забыв зачем она туда шла.

 

- Светка, открывай! Открывай, я сказал! У меня пять минут, люди ждут!!!

 

В голове Игоревны огненными всполохами метались слова записки "спасибо за Всё", сердце тарабанило перфоратором, вышибая рёбра.

 

- Игоревна, я сейчас дверь выломаю, выходи!, - тихо прошипел в дверной косяк Алексей.

 

- Сломает, - уныло подумала Светка.

 

И вышла.

 

- Свет, ты как здесь очутилась?! Свет, ты только не убегай, я тебя прошу. У меня встреча сейчас, минут на тридцать, не больше, ты подожди в приёмной, секретарь тебе чай-кофе подаст. Не уходи, Свет, ладно?

 

Алексей волок неупирающуюся Игоревну прямиком в кабинет генерального.

 

- Добрый день всем, извините, задержался, дела. Катя, вот эту даму отпоить чаем и не отпускать, пока я не закончу.

 

- Алексей Ильич, эта, гм, дама - наш новый руководитель аналитического отдела Светлана Игоревна, вряд ли она раньше вас освободится, - улыбается секретарь.

 

----------------------

 

Игоревна и Ильич вот уже как полгода живут вместе. Страшную историю о том, как же они всё-таки добрались до аэропорта, поведал брат Алексея, приличный и серьёзный человек. За сорок минут до его вылета в аэропорт ворвались два очень пьяных и очень грязных человека. Один из человеков нёс в руках конский хвост , размахивая им, как знаменем, второй человек пил из пластиковой бутылки мутную жёлтую жидкость и вкусно заедал её хлебом с салом. Эти грязные весельчаки вручили Александру кольцо и умчались "продолжать банкет".

 

Со слов Алексея, по дороге "на банкет" у него отключилось сознание и что было дальше, он не помнит.

 

Игоревну, как мы уже знаем, вырубило ещё в машине, где-то под Калугой.

 

История записки открылась позже, когда через восемь месяцев после этих судьбоносных событий, к Светке явился таксист и вернул ей долг в пятьдесят тысяч рублей, которые она в беспамятстве ему любезно заняла, благополучно забыв об этом. А человек, мало того, что в письменной форме поблагодарил, так ещё и деньги вернул. Честный парень. Благодаря ему и стало известно, что Светка с Алексеем после аэропорта благополучно уснули в машине и он их развёз по адресам. Как ему удалось вызнать эти адреса у катастрофически пьяных людей - Бог весть, но на то он и таксист. Это его работа.

 

Кольцо, как рассказал ювелир, было копеечным и гроша ломаного не стоило в базарный день. Не захотел огорчать ни Игоревну, ни хозяина кольца, приехавших за сто вёрст чинить семейную реликвию. То ли прадеда кто-то обманул, то ли прадед всем сказок наплёл о дороговизне кольца, неизвестно. Но факт остаётся фактом - Алексею и Игоревне без этого кольца никогда бы не встретиться. А, да, ещё же капроновый хвост и дискотека 90-х, точно! А это вечные ценности, пока мы живы, конечно. 

 


  • Like 1

Поделиться этим сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах

Рекомендуем!


skazka_rostov

Нельзя такое читать в староновогоднюю ночь под шампанское :lol:  ржу аки конь, муж шепотом вопит что сына разбужу) Рядом валяется свекровь) Поделом ей - нечего читать из-за спины)

  • Like 1

Поделиться этим сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах
Себастьян Козюлькин

post-25975-0-77157500-1484593465.jpg

Поделиться этим сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах
Любопытный Мальчик
Выполз из дверей душного метро и сел в полупустую маршрутку. Рядом со мной оказался мужчина: шляпа, очки, портфель, бородка а-ля Ленин – в общем, все атрибуты русского интеллигента в полном комплекте наличествуют. У мужчины мелодично зазвонил мобильник, он взял трубку: «Алло!»

 

Думаю, все представляют, какое это мучение слушать в маршрутке чужой разговор. Как правило, он развивается по одной схеме: «Ты где? А?! Плохо слышно! Я в маршрутке! В маршрутке, говорю! Что?! Нет, еду на работу! На работу! Что? А ты где?!» – и весь салон вынужден слушать эту ересь, деликатно отводя глаза.

 

Но на этот раз получилось по-другому. Во-первых, маршрутка еще не тронулась с места, поэтому мужчина говорил спокойным голосом. А во-вторых, и я, и остальные пассажиры затаили дыхание, боясь пропустить мимо ушей хоть слово.

 

- Не волнуйтесь, расскажите подробнее, – произнес мужчина. – И давно это у вас?.. Оргазмы бывают?.. А часто?.. Извините, это происходит только с мужем или?.. И сколько у вас любовников? Трое?.. Да… Да…

 

На слове любовники, сухощавая дама, сидевшая напротив, выразительно подняла брови. Мужчина невозмутимо продолжил:

- Альтернативные варианты пробовали? Ну, я имею в виду… Да… Да… Нет, групповой пробовать, наверное, не стоит… Нет, не рекомендую… Ну что я могу вам посоветовать? Только одно – обратитесь к сексопатологу. А сейчас – вы ошиблись номером…

 

Взрыв хохота сотряс маршрутку. Я и не заметил, как в приподнятом настроении доехал до нужной остановки.

  • Like 1

Поделиться этим сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах
Любопытный Мальчик
Вот нашел в интернетах:

 

Историю поведала моя бабушка. К слову, давно живёт одна в своей квартире в Ростове. Сама очень бойкая и только сходит снег — рвет на дачу сажать, несмотря на то, что уже под 80 лет.

Так вот, неделю назад звонок в дверь, горгаз. Ага, понятно, в рамках планового осмотра оборудования ставят (!Внимание) ДЕЭЛЕКТРИЗАТОР, мать его. Стоит всего-то 4500. Но обязательно, ибо они проверили, на трубе в доме есть статика! Бабуля их запускает, наливает чай, говорит однозначно ставить, ибо с газом шутки плохи, а она к соседке денег занять. Те уже достали какую-то вундервафлю, продемонстрировали и попросили для пущей важности расписаться в получении) Ок, бабуля черканула и к соседке. Пока те возились, бабуля закрыла квартиру снаружи и вызвала доблестных полицаев.

Мораль. Нехрен деэлектризаторы ставить бабушкам у которых стаж 40 лет химтехнологом)) Но все же вы своим при случае скажите. Схема простая: приходит обычный продавец «пылесосов» предлагает заведомо херню. Смотрит кто где живет, делает эдакую базу. А недели через 2 (в нашем случае 12 дней) приходит «горгаз».

Будьте бдительны и щемите этих тварей! Всем добра)

  • Like 1

Поделиться этим сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах
skazka_rostov

Заходит в метро ребетенок, лет 12–13 ему. При этом свой проездной предварительно засунул под шапку, таким образом, что проездной совершенно не виден.
Далее идет сцена: в будке около ряда турникетов сидит себе жесткая бабка–контролер и бдит (мол, мимо меня мышь не проскочит). Тут рядом с ближайшим к ней турникетом останавливается шкет (росточка он небольшого), пристально смотрит куда–то вверх, затем осеняет себя крестным знамением и довольно громко говорит:
–Господи, пропусти меня, пожалуйста! После чего совершает земной поклон, лбом почти касаясь турникета — и... О, чудо! Красный запрещающий сигнал турникета мгновенно сменяется зеленым, и наш герой, бодро пройдя сквозь него, становится законным пассажиром московского метрополитена. Что было с бабкой–контролером, описывать не буду.

  • Like 1

Поделиться этим сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах
skazka_rostov

Дверь квартиры № 14 оказалась, как он и предполагал, «навороченной». Евроотделка, суперзамки, звукоизоляция... Сразу видно, к кому пришел.
Впрочем, в ряду других дверей она выглядела еще невзрачно. Даже бедно. Элитный дом, одним словом.
Николаев подошел к двери и подозрительно посмотрел на торчавший из двери глазок видеодомофона. Маленький блестящий объективчик смотрел на него не менее внимательно и подозрительно, только не моргая.
Поединок взглядов продлился пару секунд.
«Устроились тут…» — с неприязнью к неопределенному кругу лиц подумал Николаев, и ткнул пальцем в звонок.
Кнопка звонка плавно утопилась, и также плавно вернулась в первоначальное положение, не иначе как была снабжена газовыми амортизаторами.
Где–то в недрах квартиры что–то мелодично откликнулось. Ожидая, когда откроется дверь, Николаев заложил руки за спину и уставился в подъездный потолок, так как смотреть на свои старые, сильно ношенные ботинки, не любил.
Невнятно щелкнул динамик домофона.
— Кто там? — спросил странный голос, чем–то похожий на попугайский.
— Здравствуйте, я к Павлу Геннадьевичу.
— Кто Вы?
— Моя фамилия Николаев.
— Павла Геннадьевича нет.
Николаев сразу расстроился. Павел Геннадьевич был ему нужен, что называется, позарез.
Сюда и так добираться — не ближний свет. И в пустую!
— Извините, а когда он будет?
— Зачем Вам это знать?
— Понимаете, он мне очень нужен…
— Нужен?
— Да, нужен, — Николаев не стал раздражаться на любопытство домочадцев, и пояснил, — я у него работал, по договору. Давно еще. Мне сейчас пенсионный стаж надо подтвердить, а печать той организации у него осталась. Мне только справку подписать и печать поставить. Он сам сказал сегодня приехать.
— Он нужен Вам только для этого?
— В общем–то, да…
— Нет его. Не повезло Вам. Наверное, это для Вас серьезный вопрос. Вы выглядите расстроенным.
Николаев посмотрел в объектив. Ах, да, конечно. Его сейчас внимательно изучают, а он даже не знает кто.
Впрочем, это не важно.
— Так, он скоро будет?
— Не знаю, могу ли я Вам это сказать…–в голосе из динамика послышалась неуверенность.
Впрочем, пару секунд спустя голос твердо продолжил:
— Его сегодня не будет. Вам не нужно его сегодня ждать.
— Понятно, — Николаев бросил взгляд вниз по лестнице, — а завтра? Завтра он в какое время будет?
— Его долго не будет.
«Обещалкин, — в сердцах подумал Николаев, — сам же говорил: приходи, сделаю!»
— Понятно, — растроенно покачав головой сказал Николаев, — в таком случае, Вы не могли бы ему передать, что...
— Я ничего ему передать не смогу, –остановил его голос, и добавил — Извините.
— Просто напомните ему обо мне. Я — Николаев. Он вспомнит, я ему недавно звонил. И он сказал, что сделает. Вы просто напомните ему, чтоб он сделал справку, а я позже приеду и заберу.
–У кого?
–У Вас…–растерялся Николаев, — он Вам оставит справку, и я заеду за ней.
Динамик щелкнул.
«Окончили разговор»–подумал Николаев, но не огорчился. С ним и так достаточно долго разговаривали. А могли бы просто буркнуть «нет его!» и отключить связь. Не в гостях же, в конце–концов, он здесь. Так что, по нынешним меркам, с ним вполне вежливо обошлись.
Он повернулся к ступенькам.
Динамик снова щелкнул.
— Николаев? — позвал его динамик.
— Да, — Николаев обернулся к глазку.
— Не обижайтесь, Николаев. Просто я не могу выполнить Вашу просьбу. Хотя и хотел бы Вам помочь.
–Да, ничего, — Николаев улыбнулся, — управлюсь как–нибудь. Спасибо, не беспокойтесь…
–Что у Вас с лицом?!
Николаев вздрогнул и заморгал.
— А что?
— Вы не почувствовали сейчас что–то особое?
— Да, нет. А что?
— Мне виделось, что на Вашем лице застыла боль и страдание.
«Однако, странный там …»
— Вам показалось. Я только улыбнулся.
— Улыбнулись? Это была улыбка?
— Ну, да. Вот. Ну, до свида…
— Мне?! Улыбка мне?!
— Ну, не то чтоб... Просто. А что? — в третий раз повторил Николаев свой вопрос.
— Это замечательно! Мы с Вами общаемся. Вы улыбаетесь. Хотите, расскажу анекдот? Самый новый. Пять минут назад его поместили на полицейский сервер в Боливии.
Николаев снова подозрительно посмотрел на глазок.
«А что? Анекдот — так анекдот…»
— Ну, давайте…
— Пабло Хосе Бенито был осужден на шесть лет за изготовление наркотиков. Решением Верховного суда Боливии приговор был отменен, так как выяснилось, что Пабло лишь хранил наркотики с целью перепродажи, но сам их не изготавливал. Но за хранение наркотиков он получил те же шесть лет. Правда, смешно? Такие нелепые ситуации...
Николаев кисло хмыкнул.
— Смешно? — менее уверенно переспросил попугайский голос из динамика.
Николаев снова бросил взгляд вдоль лестницы, и вдруг резко, почти бдительно, спросил:
–А, Вы, вообще, кто там?
В динамике несколько секунд было молчание. Пару раз зажегся и погас красный светодиод на передней панели видеодомофона.
–Ну… В общем, я перед Вами. Ну, то есть, это я и есть. Тот, с кем Вы говорите.
–Не совсем понял. Вы родственник Павла Геннадьевича?
–Нет. Не родственник. Я квартиру охраняю.
–А–а… — протянул Николаев.
–А вот и не «а», — совсем не грубо ответил голос, — Я не охранник. Прибор на стене перед Вами видите? Видеодомофон? Это и есть я. То есть, моя внешняя часть. А сам я внутри квартиры, на стене у двери вишу. Новая модель с интеллектуальным алгоритмом и выходом в Интернет.
«Очень смешно»–подумал Николаев и произнес в микрофон:
— А у Вас ничего, с юмором. Ну, ладно, бывайте. Про просьбу мою, пожалуйста, не забудьте.
Он повернулся спиной к двери и взялся за поручень.
Однако спуститься он не успел: голос из динамика монотонно забубнил:
–Николаев Федор Александрович, 1943 года рождения, родился в г. Уфе, ИНН 027723564, паспорт римская 16 СЛ, номер 345645, выдан 24 сентября 1969 г. тридцатым отделением милиции г. Ленинграда, прописан в городе Уфе, ул. Кольцевая, дом двести тридцать, квартира сорок два, квартирного телефона нет, не судим, образование 8 классов, служба в вооруженных силах СССР — 1963–1966, в/ч 42678 водитель топливозаправщика, награжден орденом «За мужество», две дочери 1968 и 1970 г. рождения, с 1982 г. –вдовец, в 1986 году лечились от алкоголизма, в 1988 г. старшая дочь уехала на ПМЖ в Австрию, допусков к государственной тайне нет, всего мест работы — четыре, последнее место работы — общество с ограниченной ответственностью «Башсад», сторож.
Николаев ошалело всмотрелся в глазок, и почувствовал выступающий на лбу холодный пот. Быстро вернулся обратно.
–Слушайте, откуда Вы все это знаете?
–Из сети. Ну, из Интернета. Я ж подключенный. Лазю вот.
–На фига подключенный–то?
–Ну, как... Вот, хозяин сейчас в Испании отдыхает. Хочет узнать: как у него в квартире, все ли в порядке? Включает компьютер, входит в Интернет, находит нужный портал, набирает пароль, и мои видеокамеры транслируют ему прямо на монитор все, что снаружи двери, и внутри квартиры. Очень удобно.
Николаев рассмеялся.
–Павел Геннадьевич, ну Вы меня разыграли! Ха–ха! Только честно, Вы сейчас в квартире, или впрямь, по этому Интернету со мной из Испании разговариваете?
–Это не Павел Геннадьевич. Николаев, почему Вы мне не верите?
–Но это же невозможно!
Голос продолжил:
— Еще как возможно. У нас тут все наши к сети подключены: и холодильники, и телевизоры, и часы, и кормушка для попугая. Только они глупые все, примитивные, им ничего не интересно. А я вот самообразованием занимаюсь, читаю много. В чатах несколько раз лично участвовал. Сайты проглядываю. Кстати, там еще много чего можно о Вас найти. Справку о Ваших доходах, места работы, пенсионное дело, архивные данные о родителях. И все такое. Ой! Вот: а Вы знаете, что Ваш сосед Семенов был осведомителем милиции и сообщил о Вас участковому Хамитову, что Вы вынесли из литейного цеха самодельный самогонный аппарат из нержавеющей стали? Знали? Ах, не знали… Отказной материал № 26745 от 24.05.1985 г., в возбуждении уголовного дела отказано в связи с передачей материала в товарищеский суд по месту работы. А вы Семенова в объяснительной выгораживали! Гад он после этого. Если хотите, найду его адрес, морду набъете.
Николаев сразу понял, о чем речь. Да, здорово его тогда напугал ночной визит участкового с дружинниками…
–Не надо. Я и так знаю, где он.
«Эх, Семенов! И сам же со мной пил! Не лежал б ты сейчас в Тимашево, точно, по морде дал бы…»
Голос продолжал:
–В Интернете есть все. Хотите скажу, чем сейчас занимается Ваша дочь в Австрии? Она домохозяйка. Ее муж–совладелец мебельной фабрики. Прибыль их предприятия за отчетный год составила сто двадцать три тысячи евро после вычета всех налогов. И у нее просрочен талон техосмотра! Как раз сейчас она проезжает мимо полицейского патруля по Рихтерштрассе возле банка. Если ее остановят… Вот сейчас… Вот… Не волнуйтесь, они ее не остановили. Все, уехала. Извините, что заставил беспокоиться. Если бы здесь был монитор, я бы Вам показал ее из камеры наблюдения «Шиненфарцойгебанка». У Вашего внука Вилли дела в школе неважно. Особенно с историей. Зато он увлекается техникой и ходит на подготовительные курсы в частный колледж. Охранно–пожарная сигнализация в их доме в порядке. Хотя, температурный датчик в гараже, возможно, ненадежен. Что–нибудь еще интересно? Спрашивайте, я попробую узнать…
Николаев машинально достал из кармана сигарету, и, оглянувшись, хрипло спросил:
–Курить можно?
–Конечно, — ответили из динамика.
Николаев отошел к окну, и затянулся.
За стеклом текла размеренная жизнь провинциального города, но сейчас он видел перед глазами лишь лица дочерей. Старшую, Юльку, он не видел со дня ее отъезда, уже второй десяток лет. Младшая осталась после учебы в Москве, там у нее тоже семья, дети. Не заграница, конечно, но тоже, расстояние. Ее семью он видел последний раз три года назад. А сам жил один.
Табачный дым медленно рассеивался в воздухе. Минуты три в подъезде было тихо.
–Николаев? — негромко позвал динамик.
–Что? — не оборачиваясь спросил он.
— Приходи как–нибудь поговорить, а? Уже полгода, как установили меня, а я все один да один. Уже невмоготу! Надоели архивы и базы данных. А со мной никто же не разговаривает! Приходят, конечно, разные люди. Но не ко мне, а к хозяину. А я для них — никто. Как ты думаешь, Николаев, я — кто–то, или никто?
–Ты? — переспросил человек, и подошел ближе, — не знаю. Я про себя–то ничего не знаю. Вот, тоже, живу один. Дети уехали и забыли. Семьи нет, друзей нет. Кому я нужен? Никому. А мне кто нужен? Никто. Стало быть, кто я? Тоже …
В сердцах он чуть было не ответил сам себе «никто», но промолчал. Может, ему все же кто–то нужен?…
И тут динамик словно прорвало, он вдруг заверещал с радостными нотками:
— Знаешь, все не так плохо. Плохо — это когда одиноко. А если нас двое будет — это уже другое дело! Как я хотел бы иметь друга, как ты! Настоящего, живого друга! Ни у кого такого нет! В смысле, из наших. Хочешь, секрет открою? У меня мечта есть, наукой заниматься. Там, психологию изучать, соционику… Я тут пару сотен рефератов в сети посмотрел — фигня одна. А я б такой реферат написал, с картинками! Но мне общения не хватает, кисну я тут. Придешь ко мне, Николаев? Поговорим о том, о сем…
— А чего? И приду, — усмехнулся Николаев, и вдруг понял, что ответил честно и всерьез.
— Телевизор с собой маленький возьми, хоть черно–белый. Полупроводниковый. Ламповый не бери, с ним мороки много будет.
— Зачем телевизор–то?
— У меня тут есть схема одна, я по ней индуктировать на внешний пользователь могу. Даже из–за стены. На радиочастотах. Ты его к стене поближе поставишь, я ему индукционную наводку сделаю.
— Слышь, друг, а дочку сможешь показать? С внуком?
— Смогу! У них возле дома полицейский авторадар стоит с телекамерой. И с видеозаписью на сутки. Они каждый день утром и вечером всей семьей мимо проезжают. Да это еще что! Николаев, да я ж тебе с пенсией сам помогу, без хозяина. У меня же знакомый есть в пенсионном фонде!
— Знакомый?!
— Дружбан настоящий! Блок управления, противоподкопный. Я его сейчас к видеосигналу подключил, он век благодарить будет. И все, что попрошу, для меня сделает.
— А на хрена ему рожа моя? Чего в ней интересного?
— Понимаешь, он инвалид с детства. Вообще, без объектива родился, бедняжка. Живет под подвалом, сам ничего не видит, вот я его и развлекаю иногда. Мы же земляки, с одного цеха, и потом на одном таможенном складе вместе кантовались. Он, знаешь, какой толковый? Крысиные свадьбы под землей за сто метров определяет. Так вот, он с сервером в пенсионном фонде напрямую связан. Это как бы у него там рабочий кабинет есть по линии ОПС, прямо на самом сервере. Понимаешь, на самом сервере! Плюнь на справку, мы тебе такой трудовой стаж в файлах распишем — за пенсией с рюкзаком ходить будешь. К дочкам каждый год ездить сможешь, даже за границу. А потом я тебя с одной дамой познакомлю. Бухгалтерша. Ох, умна! Не пойму, как в налоговой инспекции ее отчеты принимают — там же одна туфта. Вот. Женим тебя, хи–хи...
Николаев широко заулыбался.
Голос динамика вдруг резко понизил громкость, стал более доверительным:
–… Слушай, Николаев, а, может, и меня к себе заберешь? Устал я тут один, понимаешь? Торчу на стене, как звонок театральный. Я для них — прибамбас. Хозяин только в глаза плюет, и орет пьяный: открой, мол, сука! За репродуктор меня держит. Гляди, чего со мной натворил: даже голос, как у своего дурака–попугая, мне установил! Совсем не уважает… А я же не такой! У меня процессор круче, чем у четвертого пентиума. Учиться могу, если книжки дашь. Наукой хочу заниматься. И ваще!… А ты, вот, тоже, один. А вместе нам — веселее! Заберешь меня, Саныч? — совсем уж трогательно попросил голос.
Николаев заговорщески огляделся вокруг, и тихо шепнул в микрофон:
–Заберу, друг. Я тебя здесь не оставлю.
Голос стал еще тише, Николаев вплотную прижал ухо к динамику:
— Я тебе скажу, как меня из этой чертовой халупы вытащить. Приходи в следующий месяц, четырнадцатого, к шести вечера. Раньше, до приезда шефа, никак нельзя. Понимаешь, я дежурство должен закончить, раз квартира пустая. Не хочу, чтоб потом за моей спиной шептались!
— Все верно, у тебя, как у часового, служба. Не имеешь права покинуть пост, раз назначен, — Николаев согласно кивнул головой.
— Ага. Должен отбарабанить от звонка до звонка. Да и кой–какие дела к побегу надо еще приготовить, с бухты–барахты такие вещи, сам знаешь, не делаются. Так что, только после четырнадцатого. Ты только отвертку захвати, и провод метра три, изолированный. Зайдешь в подъезд, вызовешь лифт, и набери на кнопках номер своего паспорта. Окей?
— Ага, –быстро ответил внимательно слушавший Николаев, — отвертку крестовую взять или плоскую?
— Бери обе, на всякий случай, — продолжал шептать динамик, — Как номер наберешь — я тебе через диспетчерский канал свой план расскажу, что дальше делать. И действуй по этому плану. А, ты, точно придешь?
–Приду! Как же не прийти–то? Конечно, приду! За другом — и не прийти?!

Когда из подъезда дома, не торопясь, вышел пожилой мужчина, вахтерша пристально посмотрела ему вслед, не понимая, откуда у человека может быть такое хорошее настроение. В таком–то доме!

  • Like 2

Поделиться этим сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах
skazka_rostov

ОНИ ВСЁ ПОНИМАЮТ
Сантехник с подозрением смотрел на унитаз. Тот сверкал белым великолепием.
- И? - нахмурившийся Сантехник повернулся к Лидочке. – Что вас тут не устраивает.
- Он! – Лидочка дрожащей рукой ткнула в ватерклозет. – Он не устраивает. То есть совсем.
- Чем? – удивился Сантехник. – Вроде все нормально работает. И вода сливается. И журчит, как надо. И соседей не затапливаете. В чем причина?
- Он разговаривает, - шепотом сказала Лидочка.
- Привет! – булькнул Унитаз.
Сантехник подпрыгнул. На минуту воцарилось молчание.
- И давно он у вас так? – справившись с чувствами, поинтересовался Сантехник: он медленно слезал с лампочки.
- Да вот с неделю, как установили, - Лидочка хлюпнула. – И ведь понимаете – так каждый раз! И еще «Спасибо!» требует говорить.
- Вежливый? – изумился Сантехник.
- Чрезвычайно, - печально вздохнула Лидочка.
- Чайку не желаете? – полюбопытствовал Унитаз.
- Нет, спасибо! – быстро ответили Лидочка и Сантехник. Унитаз обижено смолк.
- Вы понимаете, мне ж неудобно! - жарким крещендо затараторила Лидочка, поминутно скашивая глаза на виновника вопроса. – Я ж человек. У меня есть чувства, желания. Потребности, наконец. А он…
- Что он? – покосился на унитаз и Сантехник.
- Вам когда-нибудь унитаз «Доброе утро» говорил? – краснея, спросила Лидочка.
- Нет… - протянул Сантехник.
- А мне – да! – и Лидочка стала абсолютно пунцовой.
- Даже и не знаю, что посоветовать, - почесал в затылке Сантехник. – Раньше с таким не сталкивался. Может, раздолбать? – и радостно воздел над головой лом.
- Вы что?!!! – Лидочка возмущенно замотала головой. – Он же живой! Жалко…
- Я иного выхода не вижу, - пожал плечами Сантехник. – Нет унитаза – нет проблем.
- Тогда уж я лучше как и прежде, к соседям ходить буду, - поникла головой Лидочка. – Они знают, они поймут.
- К СОСЕДЯМ?! – завопил притихший было Унитаз. – Так ты ходила к соседям? Ты меня не любишь?! Ты мне… ИЗМЕНЯЕШЬ?
- Ну… - смутилась Лидочка.
- Как я мог! – сокрушенно воскликнул Унитаз. – Я тебя… ПОЛЮБИЛ… Я тебе… ДОВЕРИЛСЯ… А ты…
И Унитаз замолчал. Лидочка и Сантехник пытались с ним поговорить, но ответом была только тишина.
- Вроде все… - облегченно выдохнул Сантехник.
- Ну, это как сказать, - шаркнула ножкой Лидочка. - Видите ли…
- ПРИВЕТ! – радостно хлопнул Холодильник.

 

#сетевое

Поделиться этим сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах